wrapper

Руководитель бизнес-инкубатора МАУ «Городской центр развития предпринимательства» Людмила Янковенко рассказывает «Эпиграфу» о самых интересных проектах инкубируемых, о том, кто стал их наставниками и о том, как удержаться в резидентах.

– Что вы там выращиваете, в вашем бизнес инкубаторе? – Да все! Наш бизнес-инкубатор изначально задумывался не специализированным, как уже работающие на тот момент в Кольцово и при Академпарке, а смешанного типа. Мы просто принимали все заявки, удовлетворяющие условиям конкурса, при этом отсев был минимальным, так как стояла задача побыстрее заполнить бизнес-инкубатор. Тем более, что здание расположено в месте далеко не самом проходном и доступном, это давало дополнительный повод для опасений, что его быстро удастся заполнить. В итоге получился срез городского бизнеса. Среди 20 компаний, прошедших конкурс, в бизнес-инкубаторе есть инновационные, производственные и сервисные. На сегодняшний день свободных мест нет, и мы вынуждены отказывать желающим. Уже не хватает площадей и тем, кто здесь работает со дня открытия. Анекдотично, но в первые недели после того, как на здании появилась вывеска «Бизнес-инкубатор» к нам приезжали за цыплятами и недоумевали, узнав, что здесь растут молодые предприниматели. Это сейчас предприниматели подходят и сразу спрашивают, есть ли еще места, когда освободятся площади, когда появится бизнес-инкубатор в том или ином районе города. – Кто такие инкубируемые в среднем? – Средних нет! Общее то, что это микропредприятия, с небольшой выручкой, штат сотрудников до 15 человек, в команде члены семьи, либо друзья, все молодые и активные. Но не все стартапы эквивалентны, по амбициозности проектов и планов они существенно отличаются. Часть предприятий не перепрыгнет рамки малого бизнеса, но есть и стартапы роста. Гендерный перевес в сторону сильной половины человечества, средний возраст – 32 года. – Как себя чувствует «Сибирский осетр»? – Осетр – это самый масштабный проект бизнес-инкубатора, инвестиционная составляющая около 1 млрд руб. Проект предусматривает достаточно длительный срок реализации. Только под строительство отводится около двух лет. Сначала будет производиться товарная рыба, а черную икру можно будет попробовать только на пятый год. Сейчас идет стадия подготовки площадок, их экологической экспертизы, в частности, рассматриваются земельные участки в Колывани, Каргате, заключаются соглашения с производителями оборудования. Первые доходы начнутся через 6 месяцев после окончания строительства от продажи товарной рыбы: пеляди, толстолобика, от ценных пород осетра и стерляди на пятый год. После чего ежегодно от продажи рыбы планируют получать около миллиарда рублей. В Новосибирске уже работал мощный рыбозаводчик на ТЭЦ 2. Почти 10 лет поставляли на рынок осетра и севрюгу. Потом этот завод перекочевал в Томск. – Почему Новосибирск манит этих рыбоводов, несмотря ни на что? – Потому что рыба и рыбопродукты все привозные, это хороший проект по импортозамещению. К тому же у компании есть договоренность о поставке их продукции на Европейский рынок. В числе дополнительных видов деятельности планируется переработка рыбы с получением рыбьего клея, рыбьего жира, рыбьих кож и изготовление изделий из них, создание зоны отдыха с платной рыбалкой, кафе и экскурсионным обслуживанием. – Другой интересный проект – мобильная кофейня «Перекати кофе»... – Это, маленький симпатичный автомобиль, а на ней кофе-машина… Конечно, это инновация условная – в Европе такое есть давно – особенно там, где есть туристические потоки, но для нашего города явление интересное. – За столько можно купить кофе и в кофейне на вынос… – Вот представьте, стоите вы у ступеней филармонии, где летом нередко проходят концерты, играет джаз-бэнд, от соседа пахнет кофе. Куда вы оттуда уйдете? А есть места, где кофейни в принципе близко нет, и посидеть вы хотите не в кофейне, а в парке. Или в день города, да на любом массовом мероприятии. Никакой конкуренции кофейням, а на улицах города все для человека! – В инкубаторе был и другой известный проект – автомат по продаже цветов «Фломат», что с ним? – Сейчас Павел Морозов, создатель «Фломата» занят организацией производственной линии в Бердске и ее сертификацией. В 2011 году вошел в список лучших стартапов России по версии Forbes. Это интересная разработка, имеющая ряд преимуществ: требуется всего 1–2 кв м., отсутствие продавца, функция «платежного терминала», круглосуточная работа и ряд удобных сервисов для горожан. – У вас в резидентах и франчайзер Sun Studio, эта технология идет в народ? – «Центр печатных технологий» увеличил площади, второй станок собирается покупать. За год работы Центр приобрел репутацию фирмы, которая специализируется на выполнении эксклюзивных заказов высокого качества для интерьерного, мебельного, строительного, рекламного рынка. Компания выполняла заказы для Новосибирского зоопарка, планетария. Также печатают макеты с азбукой Брайля, спектр применения - аэропорт, школы, театры, метро, остановки транспорта и пр., где нужно улучшить доступность среды для слабовидящих людей. – А для чего нужен плазмотрон, который изобретается в бизнес-инкубаторе? – Создание плазменной установки предназначено для безмазутной растопки пылеугольных котлов, проще для розжига ТЭЦ. Уже ведутся испытания этого экономически эффективного решения для ТЭЦ. – Вы внедрили систему наставничества – что это? – Да, мы сейчас совместно с Новосибирской городской торгово-промышленной палатой формируем систему наставничества. Как я уже говорила, резиденты почти все молодые, не хватает элементарного опыта и связей. У каждого резидента, который в этом заинтересован, появляется наставник из мудрых «аксакалов», которые по 20–30 лет ведут бизнес. – Кто наставники и зачем им это? – Менторы это такие люди, которые уже не могут не делиться. Это известные в городе бизнесмены-управленцы: Василий Ануфриевич Веретено, Владимир Гаврилович Женов, Алексей Петрович Шибанов, Вячеслав Валерьевич Зыков, Сергей Владимирович Карпекин. Как правило, наставник и резидент работают в разных сферах. Главное в их взаимодействии - полезное для обеих сторон общение. Первые должны готовить смену, делиться нематериальными активами, чтобы они когда-то стали первыми. Наставнику должна быть интересна сфера деятельности резидента, он должен понимать поле его проблем. При этом ментор как в тандеме тренер-спортсмен, не бегает, не тренируется за спортсмена, не ставит рекорды за него, он актуализирует потенциал, который имеет резидент. – Кто ушел из инкубатора за год? – У нас так или иначе изменились отношения с четырьмя предприятиями из 24. Резидент должен быть платежеспособным и заниматься тем бизнесом, с которым зашел, это главные условия для того, чтобы находиться в инкубаторе максимальный срок – 3 года. Одна из четырех компаний сменила вид бизнеса. Она создавала проект электронных школьных дневников, но проект «Дневник. ру» выиграл тендер, смысл работы над проектом исчез. Этот резидент ушел в торговлю, а торговые предприятия не могут размещаться в бизнес-инкубаторе. Остальным понадобились дополнительные производственные площади. Они остались виртуальными резидентами и, в течение трех лет не находясь в инкубаторе физически, могут получать поддержку. – Резидент – это компания, которой вы, грубо говоря, не дадите сдохнуть просто так. Было бы логично, чтобы у них были преференции при распределении финансовой поддержки – деньги будут потрачены эффективнее. – Вообще-то, у всех предпринимателей равный доступ, и для резидентов нет особого прилавка. Но наши инновационные и производственные предприятия почти все что-то получали. Во-первых, у нас автоматические все компании с проработанным бизнес-планом и относительно оригинальной идеей. Во-вторых, они развиваются, трудоустраивают людей и стараются работать в правовом поле. – Несколько лет муниципалитет не мог раздать финансовую поддержку предпринимателям, как сейчас обстоят дела? – Как раз сейчас объявлен конкурс на финансовую поддержку и Комитет по развитию малого и среднего предпринимательства мэрии Новосибирска принимает заявки, а городской центр развития предпринимательства дает консультации по подготовке документов. Естественно, есть условия. Например, начинающие предприниматели могут получить финансирование только по факту затрат. С одной стороны понятно, что у молодого начинающего предпринимателя часто нет первоначального капитала, с другой возникает вопрос, а почему кто-то должен пробовать не за свой, а за чужой счет. Помогать надо тем, кто не пробует, а делает. К тому же новосибирские предприниматели успешно получают финансовую поддержку по областной программе, конкурс также будет объявлен в ближайшие дни. В прошлом году из областного и городского бюджета финансовую поддержку получили сотни новосибирских предприятий. Начало формироваться общественное мнение, что реальному предприятию субсидию или грант получить вполне реально. – Неужели недоверие бизнеса к власти так просто победить? – Причем тут недоверие? Власть – это конкретные люди. Часть этих людей понимает, что их деятельность должна быть направлена на то, чтобы жить, работать и отдыхать в нашем городе хотелось, часть забывает об этом. Чиновники, для которых точка роста – это человек, а не деньги и не инфраструктура, пользуются всеобщим уважением. А если Вы о слабой вере предпринимателей в то, что получить финподдержку реально, то приведу пример. Приходит предприниматель на семинар по господдержке в ГЦРП. Ему объясняют условия, критерии, а он говорит – «все это ерунда, везде коррупция, все раздадут своим». При этом выясняется, что сам ни разу заявку подавать не пробовал. А если принять во внимание ежегодное количество получателей, столько своих просто быть не может. Если предприятие реально работает, имеет сотрудников и налогооблагаемую базу, у него есть хорошие шансы. Сейчас такое время, когда не пользоваться какой-нибудь господдержкой – ну, это просто признак лени или внесистемной оппозиционности. Конечно, речь не идет о тех предпринимателях, у которых и без поддержки все в шоколаде. – Изначально инкубатор привлекал в основном сверхнизкой арендной ставкой… – По факту в первый год аренда одного рабочего места (5 кв м.), оборудованного мебелью, компьютером с интернетом, телефоном с номером вместе с коммунальными услугами составила около тысячи руб. в месяц. У кого-то это отдельный маленький кабинет. А у кого-то несколько мест в большом общем кабинете. – Только арендная ставка привлекает в бизнес-инкубатор? – Наверно, этот вопрос должен быть адресован самим резидентам. Могу вспомнить их высказывания по этому поводу на первом дне рождения бизнес-инкубатора, который мы отметили в июне. Говорили, что очень заряжает и привносит драйв в работу, когда узнаешь, что кто-то из резидентов начал тестировать опытный образец, выиграл в конкурсе, получил крупный заказ, расширяет площади, покупает оборудование. Ни один бизнес-инкубатор не застрахован от неудачных стартапов. И меня в связи с этим порадовала реплика одного из резидентов, что в атмосфере инкубатора, когда что-то не получается, мысли заканчивать проект трансформируются в поиск решения как все-таки прийти к результату. И, конечно же, их привлекает большое количество контактов и полезных связей, которые есть у бизнес-инкубатора. Предприниматели часто приходят за «дорогами». Спрашивают: а у вас есть отношения с таким-то банком, такой-то компанией. А кого ты знаешь из такой-то корпорации. Объединение персональных сетей коммуникаций – одна из задач бизнес-инкубатора. – Какое-то минимальное PR-обеспечение резиденты получают? – Я не могу назвать его минимальным, особенно учитывая, что оно совершенно бесплатное. На нашем портале «Малое и среднее предпринимательство Новосибирска», на сайтах партнеров договариваемся, чтобы у них была возможность выступить на той или иной конференции, поучаствовать в круглом столе, дать интервью. У некоторых уже десятки интервью. На телевидении – «Вести», 49 канал, ОТС, в печатных СМИ. Журналистам интересно проследить путь стартапа, и желательно, чтобы он не семечками торговал. А где им взять такого предпринимателя – они все сидят по углам и часто слово сказать бояться. А тут всегда все в одном месте. PR резидентов происходит за счет формирующейся вокруг бизнес-инкубатора и ГЦРП экосистемы. – Что еще получают резиденты? – Могут получать бесплатные консультации юриста, бухгалтера и аналитика. Мы делаем рассылки об услугах и товарах резидентов по базе клиентов и партнеров ГЦРП, размещаем их информацию на сайтах. Мы сваливаем на них кучу полезной информации. Вся работа с резидентами ведется вручную. С кем-то поводов для общения больше, с кем-то меньше. Мы не вмешиваемся в их бизнес. Это как бульон и пельмени, которые сварились, они наверху, готовы, озвучивают свои проблемы, а мы думаем, как помочь. При этом мы можем показать путь, но не можем вместо резидента его пройти. – Какие отношения у инкубаторских? – Каждый, когда сюда приходит, думает, что его бизнес самый интересный. А когда они встречается, то понимают, что тут почти все бизнесы с яркой идеей или изюминкой. Сейчас другим просто не прорваться, это объективная закономерность. Когда резидент понимает, что все бизнесы интересные, он понимает, что, общаясь с коллегами, можно обогащаться. Кроме того, это тоже помогает им зарабатывать. Среди резидентов есть компании, которые делают совместные проекты и заказы. Я лично могу получить от резидента электронную почту с информацией для PR-рассылки, о которой мы договорились накануне. Открываю письмо, а там еще приписка «Вы вчера были в таком шикарном платье»! – Традиционный вопрос: каковы перспективы? В этом году начались проектные работы по созданию второго бизнес-инкубатора, на левом берегу, по ул. Троллейная. Он будет больше, общая площадь составит более 4500 кв. м. Стоимость реализации проекта составит 180 млн руб., в т. ч. 40 млн руб. из бюджета города Новосибирска, 140 млн руб. из регионального и федерального бюджета. – Появятся ли бизнес-инкубаторы нового формата? – Развивая специализированный бизнес-инкубатор можно достичь большего эффекта, и не исключено, что, когда у нас в городе появится сеть бизнес-инкубаторов, каждый из них будет специализироваться на той или иной сфере бизнеса. Понятно, что деньги, выделенные из бюджета на поддержку предпринимателей должны вернуться в экономику города. Но и в инкубаторе смешанного типа это возможно, если резиденты выпускают продукт, который можно экспортировать хотя бы за пределы города или занимаются бизнесом, особо привлекательным для гостей Новосибирска. Именно такие бизнес-идеи в нашем бизнес-инкубаторе имеют место быть. Юрий Лобанов

Об издании

16+

Сетевое издание Эпиграф.инфо
Зарегистрировано в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций
Свидетельство о регистрации ЭЛ № ФС 77 - 70647 от 03.08.2017 г.

Адрес

Учредитель: Общество с ограниченной ответственностью "МЕТРОПОЛИС-НСК"
Адрес учредителя 630091, Новосибирская обл., г. Новосибирск, ул. Державина, д. 28, оф. 604
Адрес редакции 630091, Новосибирская обл., г. Новосибирск, ул. Державина, д. 28, оф. 604
Главный редактор Еренкова Ольга Николаевна
Телефон редакции: (383) 210-51-50, 211-96-00,
e-mail: inform@epig.ru

Правовая информация

Распространяется бесплатно. Редакция не несет ответственности за достоверность информации, содержащейся в рекламных объявлениях. Редакция не предоставляет справочной информации.