wrapper

Семинары Владимира Турова всегда собирают полные залы. Известный юрист знает многие тонкости российской налоговой системы и не устает объяснять предпринимателям, как важно работать и строить бизнес в полном соответствии с существующим законодательством. Для читателей газеты «Эпиграф» Владимир Туров прокомментировал ряд актуальных политических и экономических тем.

– С 15 ноября в России начала работать система «Платон» по взиманию средств с большегрузных автомобилей, имеющих разрешенную максимальную массу более 12 тонн, за проезд по федеральным трассам. Однако уже в первые дни система показала свое несовершенство и вызвала протесты со стороны предпринимателей. Как вы оцениваете это нововведение? Кого следующего могут обложить подобным «налогом»?

– Как писала «Российская газета», нельзя исключить того, что в отдаленной перспективе перечень плательщиков системы «Платон» может быть расширен до грузовиков с установленной массой от 3,5 тонн, по примеру некоторых европейских стран. Кроме того, Госдума уже рассматривала право регионов самостоятельно оценивать стоимость проезда по областным и муниципальным дорогам. Если ситуацию немедленно не исправить, то я прогнозирую, что в недалеком будущем даже водители «Жигулей» будут вынуждены платить за проезд по дорогам.

В итоге у нас получается четырехкратное налогообложение автовладельцев. Сначала был введен налог на автотранспорт, который мы платим с каждой лошадиной силы. Затем нам пообещали, что этот налог отменят, а вместо него введут акциз на бензин. То есть предполагалось, что тот, кто чаще ездит, будет покупать больше бензина и следовательно, больше платить в доход государства. В результате оставили и акциз, которого сейчас в каждом литре бензина примерно 7?руб. и автотранспортный налог. В настоящее время нам добавляют систему «Платон», и одновременно с этим шаг за шагом реализуется в стране программа, согласно которой трассы становятся платными. В итоге некоторые автовладельцы платят налоги четыре раза: налог на автотранспортное средство, акциз, сбор по системе «Платон», сбор за проезд по платным дорогам.

Не нужно забывать, что когда и если «Платон» заработает в штатном режиме, это автоматически отразится на ценах на всю перевозимую автотранспортом продукцию. То есть отразится на всех и на всем. В итоге больше всех пос­традают не бизнесмены – они, возможно, просто увеличат цены, больше всех пострадают конечные потребители.

– В настоящее время из системы мировых экономических связей нашей страны отключают Турцию. Ряд турецких товаров запрещен к ввозу в страну, причем многое из того, что поставляла нам эта страна – в частности недорогой текстиль – у нас не производится. Это очередной шаг к импортозамещению?

– Если говорить с деловой точки зрения, то нет и не будет никакого импортозамещения в нашей стране, по крайней мере, при той политике по отношению к бизнесу, которая проводится сейчас. Это чушь и пропаганда. Импортозамещение, может, и будет появляться, но в микроскопических дозах. Для того, чтобы появилось настоящее импортозамещение, у нас должны появиться нормальные дешевые кредиты, чтобы бизнесмены могли устроить это производство. Должна появиться промышленность, занимающаяся производством станков и оборудования, которая у нас во многих отраслях практически напрочь отсутствует и где мы почти всё закупали на Западе.

У нас должно появиться нормальное налогообложение для тех, кто действительно хочет заниматься производством. Потому что сейчас те, кто занимается производством, платят НДФЛ 13%, налог на прибыль 20?%, налог на имущество от его кадастровой стоимости, страховые взносы 30%, а скоро будут 34%. Производители подакцизных товаров платят акцизы, а теперь еще введен налог Роттенберга. Какое может быть импортозамещение, когда нет условий развития промышленности?

Следующее нужно не на словах, а на деле сделать для импортозамещения: перестать «кошмарить» бизнес бесчисленными проверками. Когда человек имеет свое собственное производство, для проверяющих организаций это как красная тряпка для быка. К примеру, СЭС может прийти и заявить производственнику, что у него освещенности недостаточно, воздушного объема работникам не хватает или швабра не промаркирована для чего она предназначена. Если я и утрирую ситуацию, то не слишком. Так что разговоры об импортозамещении – это способ успокоить людей бесчестной пропагандой.

Что касается Турции, то намного лучше было в этой ситуации не доказывать друг другу, кто сильнее, а вступить с Турцей в реальные переговоры и добиться от неё реальной компенсации, сохранив при этом добрососедские отношения с этой страной. Разрушение связей уже привело к тому, что наш турбизнес скоро исчезнет. Наши люди ездили, в основном, в Египет и Турцию, немножко в Таиланд, Индию. Египет прикрыли, Турцию прикрыли. Закроем остальные страны, и ни одной туркомпании в нашей стране не останется.

– В ноябре шли разговоры о том, чтобы обложить пошлинами и интернет-торговлю, наиболее бурно развивающийся сегмент бизнеса. Это может его убить?

– Я думаю, что наши бизнесмены еще долгие годы смогут развивать бизнес в интернете. Другое дело, что могут ввести пошлины, которыми будут облагаться любые покупки конечных покупателей. Это может снизить интерес к интернет торговле.

– На своих семинарах вы учите предпринимателей и легализации бизнеса, и оптимизации налогообложения. Ходят ли на ваши семинары налоговики и представители других проверяющих госорганизаций, чтобы исключить лазейки для недобросовестных бизнесменов?

– Не ходят. Потому что семинар стоит дорого – от 30 тыс. руб. Государство им это не оплачивает, а тратить собственные деньги им жалко. Бесплатно мы никого не пус­каем. Правда, иногда я встречаю таких людей, но в данном случае они приходят ко мне на семинары как предприниматели, чтобы сделать свой бизнес легальным, за что им честь и хвала.

– Ситуация в экономике тяжелая, и многие бизнесы могли бы пережить трудные времена, работая по госконтрактам. С какими структурами стоит иметь дело, а кого лучше избегать?

– Дело иметь стоит, но не со всеми отраслями. Однозначно стоит работать с оборонкой. Её сильно не обижают. Однако строительство объектов за полярным кругом вызывает вопросы, там, к сожалению, не платят месяцами. Стоит продолжать работать с Росатомом, с Роснефтью, с РЖД, то есть с крупными стратегическими государственными компаниями.

Можно продолжать работать с федеральным бюджетом. Но если мы говорим о тендерах, аукционах и конкурсах регионального уровня, районных или муниципальных уровней, то здесь стоит сто раз подумать. Только 14 субъектов РФ в соответствии с бюджетом на 2016 года являются донорами, остальные убыточны. Более половины субъектов РФ экономические банкроты. Это значит что совокупные долги субъекта федерации перед центром и коммерческими банками больше, чем весь годовой бюджет этого субъекта РФ. В таких муниципалитетах чиновники могут быть трижды порядочными, но профинансировать проект не смогут, просто не получат денег от вышестоящих бюджетов. В этих условиях чиновнику лучше поссориться с бизнесом, но выполнить обязательства перед своим начальством.

Есть еще и вариант откровенного кидалова, на который жалуются бизнесмены. Делается это не напрямую, а через аффилированные с чиновниками фирмы по определенным схемам с частичным финансированием проектов. В итоге даже по суду получить потраченные собственные средства на выполнение госконтракта бизнесмены не могут.

– Стоит ли в таком случае пытаться заниматься бизнесом в нашей стране?

– Наши бизнесмены странные, они все равно работают, они неубиваемые. Поэтому отвечу: конечно же стоит. Если бизнесмены и люди, имеющие предпринимательскую жилку, не дай бог, будут задавлены и подавлены, то мы вернемся к социализму. Официальная пропаганда сегодня делает всё, чтобы продать людям идею, что при социализме было лучше. Да, при социализме было много хорошего, но немало и того, о чем люди постарались забыть: о том, что можно было 20 лет ждать квартиру и закончить свои дни в общежитии или коммуналке, об очередях за килограммом мандаринов или любым другим дефицитным продуктом, о выездных визах, об ограниченном числе стран, куда можно было ездить, о том, что много чего не хватало из того, что сегодня есть у всех. Если мы уничтожим малый и микробизнес – это будет означать, что мы уничтожим основу, которая сегодня качественно обслуживает людей. В этом можно убедиться, обратившись за услугой в любое госучреждение. К примеру, за талончиком, чтобы попасть к врачу, чтобы оформить справку для поступления в детский сад.

Подготовила Ольга Еренкова

Об издании

16+

Сетевое издание Эпиграф.инфо
Зарегистрировано в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций
Свидетельство о регистрации ЭЛ № ФС 77 - 70647 от 03.08.2017 г.

Адрес

Учредитель: Общество с ограниченной ответственностью "МЕТРОПОЛИС-НСК"
Адрес учредителя 630091, Новосибирская обл., г. Новосибирск, ул. Державина, д. 28, оф. 604
Адрес редакции 630091, Новосибирская обл., г. Новосибирск, ул. Державина, д. 28, оф. 604
Главный редактор Еренкова Ольга Николаевна
Телефон редакции: (383) 210-51-50, 211-96-00,
e-mail: inform@epig.ru

Правовая информация

Распространяется бесплатно. Редакция не несет ответственности за достоверность информации, содержащейся в рекламных объявлениях. Редакция не предоставляет справочной информации.